Блог. Виктор Трегубов: про драматизацию и нездоровую фантазию в контексте истории

Блог. Виктор Трегубов: про драматизацию и нездоровую фантазию в контексте истории

Tregubov Victor
Автор
Tregubov Victor
UA.NEWS
Поделиться:

Материал публикуется на языке оригинала, без редакций.

Вот есть одна фишечка в популярных исторических байках, которую я не понимаю в упор.

Это — склонность не только к преувеличению, но и к какой-то извращенной систематизации Ужасных Карательских Преступлений.

Допустим, народ Икс в какой-то момент своей сложной исторической судьбы поссорился с народом Игрек. И в процессе отношений войска Иксов взяли город и перебили там кучу мирного населения. Это ужас, но вполне распространенная ситуация в истории любого народа.

Выжившие игреки напишут книги об ужасных злодеяниях иксов. Это нормально.

Что не нормально и что меня по жизни удивляет — это появление впоследствии книг в духе «100500 способов убиения игреков иксами». С четким перечнем кар, репрессий и мучительств. Большая часть из которых будет выглядеть откровенно ненатурально.

Что интересно, это ненатуральные мучительства кочуют из книги в книгу, из истории в историю и даже от народа к народу.

Мое любимое — это «распарывание живота беременной женщине, вынимание плода и зашивание внутрь живой кошки». Эта история ходит вообще везде. Я встречал ее в рассказах евреев о зверствах козаков Хмельницкого, в рассказах о зверствах поляков на Волыни, в рассказах о зверствах УПА в Кресах Схидных, в рассказах о чеченской войне, и, кажется, даже в пересказах зверств турок на Балканах, хотя тут уже не уверен.

Один вопрос: вы как себе эту ужасную казнь представляете в нелабораторных условиях?

В смысле, находится беременная женщина, фиксируется. Ей вырезается плод — при этом в женщине каким-то образом поддерживается не только сознание, но и жизнь, невзирая на обширнейшую кровопотерю уже в начале процесса. Попутно где-то ловится бездомная кошка. Кошка еще живой запихивается женщине в живот (попробуйте как-нибудь, для начала, запихнуть кошку хотя бы в котопереноску), и там, еще живой, зашивается. Напоминаю, женщина, по этой версии, все это время жива и в сознании.

Ребята, не хочу расстраивать, но это какое-то новое слово в военно-полевой хирургии. И слово явно волшебное, поскольку физически это провернуть возможно примерно никак даже в эпоху целлокса. Человек, который это выдумал, имел довольно мало дела не только с войной и хирургией, но и с кошками.

Тем не менее, это ужасное мучительство из любительского комикса — очень популярный сюжет.

Сюда же стремления некоторых граждан довести количественный показатель ужасных репрессий до четырехзначных показателей. От «четырехсот казней бандеровцами польских мучеников» (включая «бросание живых детей в костер и хороводы вокруг него под балалайку». Не шучу) до «сотен запретов украинсого языка» (включая отмену празднования дня рождения Котляревського в советском облцентре). Человек так гонится за количеством, что реальные случаи просто тонут в откровенно фантастическом треше. И, небось, гордо полагает себя воином информационного сопротивления.

На самом деле немножечко наоборот.

Виктор Трегубов

Материал опубликован с разрешения автора. Ссылка на пост в Facebook.

Автор: Tregubov Victor
Поделиться:

Добавить комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Sorry that something went wrong, repeat again!