Блог. Віктор Трегубов: про драматизацию і нездорову фантазію в контексті історії

Tregubov Victor
Автор
Tregubov Victor
Поділитись:

Матеріал публікується мовою оригіналу, без редакцій. 

Вот есть одна фишечка в популярных исторических байках, которую я не понимаю в упор.

Это – склонность не только к преувеличению, но и к какой-то извращенной систематизации Ужасных Карательских Преступлений.

Допустим, народ Икс в какой-то момент своей сложной исторической судьбы поссорился с народом Игрек. И в процессе отношений войска Иксов взяли город и перебили там кучу мирного населения. Это ужас, но вполне распространенная ситуация в истории любого народа.

Выжившие игреки напишут книги об ужасных злодеяниях иксов. Это нормально.

Что не нормально и что меня по жизни удивляет – это появление впоследствии книг в духе «100500 способов убиения игреков иксами». С четким перечнем кар, репрессий и мучительств. Большая часть из которых будет выглядеть откровенно ненатурально.

Что интересно, это ненатуральные мучительства кочуют из книги в книгу, из истории в историю и даже от народа к народу.

Мое любимое – это «распарывание живота беременной женщине, вынимание плода и зашивание внутрь живой кошки». Эта история ходит вообще везде. Я встречал ее в рассказах евреев о зверствах козаков Хмельницкого, в рассказах о зверствах поляков на Волыни, в рассказах о зверствах УПА в Кресах Схидных, в рассказах о чеченской войне, и, кажется, даже в пересказах зверств турок на Балканах, хотя тут уже не уверен.

Один вопрос: вы как себе эту ужасную казнь представляете в нелабораторных условиях?

В смысле, находится беременная женщина, фиксируется. Ей вырезается плод – при этом в женщине каким-то образом поддерживается не только сознание, но и жизнь, невзирая на обширнейшую кровопотерю уже в начале процесса. Попутно где-то ловится бездомная кошка. Кошка еще живой запихивается женщине в живот (попробуйте как-нибудь, для начала, запихнуть кошку хотя бы в котопереноску), и там, еще живой, зашивается. Напоминаю, женщина, по этой версии, все это время жива и в сознании.

Ребята, не хочу расстраивать, но это какое-то новое слово в военно-полевой хирургии. И слово явно волшебное, поскольку физически это провернуть возможно примерно никак даже в эпоху целлокса. Человек, который это выдумал, имел довольно мало дела не только с войной и хирургией, но и с кошками.

Тем не менее, это ужасное мучительство из любительского комикса – очень популярный сюжет.

Сюда же стремления некоторых граждан довести количественный показатель ужасных репрессий до четырехзначных показателей. От «четырехсот казней бандеровцами польских мучеников» (включая «бросание живых детей в костер и хороводы вокруг него под балалайку». Не шучу) до «сотен запретов украинсого языка» (включая отмену празднования дня рождения Котляревського в советском облцентре). Человек так гонится за количеством, что реальные случаи просто тонут в откровенно фантастическом треше. И, небось, гордо полагает себя воином информационного сопротивления.

На самом деле немножечко наоборот. 

Віктор Трегубов

Матеріал опубліковано з дозволу автора. Посилання на пост в Facebook.

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

Автор: Tregubov Victor
Поділитись:

Додати коментар

Такий e-mail вже зареєстровано. Скористуйтеся формою входу або введіть інший.

Ви вказали некоректні логін або пароль

Sorry that something went wrong, repeat again!

Повідомити про помилку

Текст, який буде надіслано нашим редакторам: