Аудио: Офис генпрокурора пытался сорвать операцию НАБУ по судьям Окружного админсуда Киева

Аудио: Офис генпрокурора пытался сорвать операцию НАБУ по судьям Окружного админсуда Киева

Валерий Савицкий
Автор
Валерий Савицкий
UA.NEWS
Поделиться:

Руководство Офиса Генпрокурора пыталось сорвать операцию Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) касательно руководства и судей Окружного административного суда Киева.

Об этом свидетельствует аудиозапись разговора прокуроров с начальником департамента Офиса генпрокурора, имена которых пока что не называются. Её на портале Цензор.НЕТ опубликовал журналист Юрий Бутусов.

Разговор записан в 20.00 16 июля в ресторане «Веранда» в Киеве. На записи запечатлен разговор начальника департамента Офиса Генпрокурора по надзору за Государственным бюро расследований (ГБР) со своими подчиненными – двумя прокурорами, которые являются процессуальными руководителями дела против судей Окружного административного суда.

Начальник получил информацию о том, что на завтра, 17 июля, с самого утра, эти прокуроры подготовили подозрения для всех фигурантов дела, и что подозрения подписаны у заместителя генерального прокурора Андрея Любовича, что суд в Кропивницком дал санкции.

Отмечается, что прокуроры являются процессуально независимыми лицами, начальник не имеет права получать информацию об их действиях и давать им какие-либо указания. Прокуроры стараются избежать разглашения информации по делу, а также избежать вмешательства в процесс вручения подозрений и обысков.

Таким образом, на записи начальник департамента стремится получить информацию по делу и дает незаконные указания. Высока вероятность, что эти указания согласованы с руководством Офиса Генпрокурора. Также, начальник департамента назначил своим подчиненным прокурорам встречу не на работе, а в ресторане, в расшифровке начальник указан как (Н), прокуроры указаны как (П). Имена участников разговора известны, но будут опубликованы чуть позже.

Н: — Завтра вы собираетесь в восемь часов?

П: — Ну, да.

Н: — Никто никуда пока не едет. Я в восемь часов приезжаю. Любович завтра будет (имеет в виду на обысках. – ред.)?

П: — Думаю, нет.

Н: — Смотри, мы не то чтобы там срываем или что-то еще. В восемь часов я приезжаю завтра, выясняю все эти моменты и потом принимаем решение, докладываем генеральному прокурору и потом что-то предпринимаем. Это понятно?

П: — Да

Н: — Когда взяли сегодня ухвалы?

П: — Да

Н: — В Кировограде? (суд в Кропивницком дал санкцию для подозрений киевским судьям. – ред.)

П: — Да

Н: — «Перещелкивал» дела Любович? («перещелкивать» — жаргон, в данном случае имеется в виду, что замгенпрокурора Любович изменил подследственность по делу на СБУ Кировоградской области и на НАБУ, чтобы получить подозрения и санкции в суде Кропивницкого и затруднить тем самым возможность давления на суд. – ред.)

П: — Этих моментов я не знаю.

Н: — Там никто другой этого делать походу не мог.

П: — Возможно и она, потому что она и подписывала (прокурор знает, что подписывал Любович, но не хочет сообщать начальнику какую-либо информацию по своему делу, и поэтому говорит, что могла подписывать подозрения «она» — генеральный прокурор Ирина Венедиктова. – ред.).

Н: — Я поговорил с человеком (судя по контексту, имеет в виду генерального прокурора, которая, тем не менее, проводила заслушивания дела ОАСК с участием своих прокуроров и детективов НАБУ. – ред.). Человек говорит – я эту ситуацию не знаю. Прямое мое указание – завтра выезжаете на арсенал, выясняете все обстоятельства, а после этого принимается решение. Как-то так мы (неразбочиво)

П: — Я не могу раскрывать, потому что оно не мое. Если бы я мог раскрыть кто там, какие субъекты, я бы сказал. Смотрите — это дело мое.

Н: — Судья Вовк, пятое-десятое. Я уже знаю больше, чем вы. Поверьте мне. Раскрывать-не раскрывать. Вы хотите, чтобы я поговорил по-нормальному? Я могу поговорить по-нормальному. Могу поговорить в другом русле. Мы должны просто знать. Я не знаю. Ирина Валентиновна не знает, курирующий зам Симоненко не знает. Дальше перечислять? Я думаю, не надо. Если вы думаете, что мы где-то не владеем определенной ситуацией, то мне достаточно было потратить полчаса и я тебе могу сказать что, где и как произошло. Я же не даром тебе сказал, что сегодня «перещелкнули», взяли, знаю по какому взяли, я знаю, что там только обыска взяли. Это, в принципе, чуть-чуть ненормальная ситуация. Но как ты считаешь я должен знать? Скажи, пожалуйста, набуины там есть? (Набуины – сотрудники НАБУ. – ред.)

П: — Конечно

Н: — Есть. Вот. Департамент майдановский есть? (Департамент по расследованию событий на Майдане – ред.)

П: — Да

Н: — Есть. Все замечательно. Почему я не знаю? Вы можете поехать, но завтра будем принимать решение по вам. Вот и все. Ты ж понимаешь. («Принимать решение по вам» – имеется в виду прямая угроза – отстранение от дела, перевод либо увольнение, что является незаконным – ред)

П: — При чем тут ребята?

Н: — Женя, я просто доходчиво объясняю, чем это может закончиться. Набушники тоже к нам приезжают?

П: — Они забирают нас всех с «Арсенала». (то есть сотрудники НАБУ приезжают забирать прокуроров на операцию в здание Генпрокуратуры на территории завода «Арсенал» на Кловском спуске. – ред.)

Н: — В восемь часов?

П: — Да. Предварительно в восемь.

Н: — В восемь они приезжают или…

П: — В восемь все должны быть на месте, чтобы они нас могли забрать.

Н: — Ну, ситуацию, по крайней мере генеральный прокурор должен знать. Вот Женя, Евгений Анатольевич стоял рядом со мной (начальник управления Генпрокуратуры. – ред.), когда я разговаривал. Она (И. Венедиктова. – ред.) говорит: «Саша, я не владею ситуацией». Все, точка.

П: — Мы последний раз на прошлой неделе собирались, совещание было.

Н: — Кто был на совещании?

П: — Она была, ее помощник, Любович, детективы, Калужинский (руководитель главного подразделения детективов. – ред.)

Н: — То есть без моего указания никаких движений.

П: — Сейчас опять же вещи там оставил.

Н: — Не, смотри. Сейчас не надо им это говорить. Без моего указания вы никуда не едете.

П: — Все, понятно.

Н: — Есть определенные моменты, о которых я даже не хочу говорить. Можем пострадать все вместе. А кто-то выплывет и будет себя нормально чувствовать. Понятно я не знаю, генеральная, может если ей сейчас подойти, ключевые слова сказать, то – «Аа, бля, точно». Поэтому завтра никто никуда не выезжает, пока я не пойму, что за ситуация. Она мне говорит — проговаривали ситуацию по Днепру, где мы только что проговаривали за Киев, может просто наложилось. Поэтому пятое-десятое. Хорошо?

П: — Да.

Автор материала, журналист Юрий Бутусов, назвал эту аудиозапись «грандиозным скандалом».

«Запись показывает, что ряд руководителей ГПУ пытались сорвать проведение следственных действий по делу Окружного админсуда Киева. Очевидно, эта попытка была предпринята после получения команд от высокопоставленных государственных деятелей. Власти предприняли попытку сорвать операцию НАБУ и ГПУ, спасти ОАСК от любых обысков и подозрений.

Данная запись показывают, что генеральный прокурор Ирина Венедиктова, по словам начальника департамента ГПУ, знала о расследовании и проводила заслушивание дела. Это в рамках ее полномочий. Попытка начальника департамента со ссылкой на Венедиктову сорвать операцию, якобы из-за неосведомленности в деле, является незаконной.

Налицо политический характер дела. Венедиктова знала о расследовании, однако 16 июля кто-то очень влиятельный дал команду руководству ОГП сорвать операцию НАБУ.

После того, как попытка сорвать операцию провалилась, замгенпрокурора Любович решением генпрокурора Венедиктовой был отстранен от данного дела и исключен из состава группы процессуальных руководителей.

После отстранения Любовича, руководство Офиса Генпрокурора отказывается направлять представление об отстранении от должности судей Окружного админсуда в Высший совет правосудия с момента обысков 17 июля. Такое представление должен подписать заместитель генерального прокурора либо сама генеральный прокурор. Но никаких решений не принимается, никакого движения по делу, ход которого генпрокурор ранее сама заслушивала, и по которому ее заместитель подписал подозрения!

Более того, 3 августа Высший антикоррупционный суд счел подозрения по делу обоснованными, и вынес решение о мере пресечения на период следствия еще одному участнику дела ОАСК, по которому не нужны согласования замгенпрокурора – по главе Государственной судебной администрации Зеновию Холоднюку.

А прокуроры Офиса Генпрокурора, ведущие дело ОАСК, несмотря на разговор со своим начальником, незаконный запрет и незаконную попытку сорвать процессуальные действия, тем не менее, отказались подчиниться угрозам и проявили себя в данной ситуации достойно. Сорвать операцию руководству ОГП не удалось. В 8.00 совместно с прокурорами Специализированной антикоррупционной прокуратуры и сотрудниками НАБУ прокуроры выехали для вручения подозрения и обысков, операция была проведена. Но произошла утечка информации. В офисах судей окружного админсуда и Государственной судебной администрации сейфы подозреваемых были полностью зачищены, в сейфе одного из судей осталась только записка: «Пусто – значить пусто».

И еще – вчера Офис президента заявил, что президент не причастен к данному делу и не будет вмешиваться. Очень странно, что президент Зеленский, который часто дает прямые команды правоохранительным органам, проводит заслушивания дел и совещания с правоохранителями в своем Офисе, который сам прибыл в Верховную Раду, чтобы внести и проконтролировать голосование по назначению Ирины Венедиктовой генеральным прокурором, спрятался от своей ответственности. Запрос на справедливость, Владимир Александрович, — это не когда вы решаете, кого карать и кого миловать, с кем строить «договорняки» и «решать вопросы», а когда работает независимая от вашего вмешательства судебная система. А когда гарант Конституции позволяет работать суду, который обсуждает совершенно незаконные действия и его даже нельзя привлечь к ответственности, — это несправедливость.

Если после этого разоблачения руководство Офиса Генпрокурора не начнет выполнять свои обязанности и не подпишет представление об отстранении по судьям Окружного админсуда, то «Пусто – значить пусто» может быть написано на некоторых самых высоких кабинетах, господин президент, в том числе, на вашем», — подытожил Юрий Бутусов.

Напомним, 17 июля главе Окружного административного суда Киева Павлу Вовку, его заместителю Евгению Абдулову и ещё 5 судьям объявили о подозрении. Также подозрение объявили руководителю судебной администрации Зиновию Холоднюку. Им инкриминируют создание преступной организации и захват власти.

Позже НАБУ обнародовало материалы уголовного производства против главы и судей Окружного админсуда Киева. Среди них есть записи разговоров Вовка о «захвате власти».

В то же время, Павел Вовк заявил, что опубликованные НАБУ записи разговоров сфальсифицированы, а подозрение ему никто не вручал.

Верховная Рада имеет наработки, как отобрать у Окружного административного суда право рассматривать жалобы на решения центральных органов власти. В планах – создать новый высший суд по рассмотрению административных дел.

Ранее Генпрокуратура заявила, что деятельность Окружного админсуда Киева является угрозой национальной безопасности, поскольку его руководство вмешивалось в работу органов государственной власти и Конституционного суда. Правоохранители расследовали другое дело против Павла Вовка, допросили его и объявили ему подозрение.

В 2019 году Вовк также обвинил НАБУ в фальсификации аудиозаписей с участием его голоса.

Политолог Владимир Цыбулько считает, что объявления НАБУ подозрений главе и судьям Окружного административного суда Киева является свидетельством общей деградации судебной системы и всё более пренебрежительного отношения судей к праву.

Фото: 5 канал
Поделиться:

Добавить комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Sorry that something went wrong, repeat again!