Полномасштабная война кардинально изменила украинский оборонно-промышленный комплекс. Наряду с крупными государственными предприятиями появились сотни частных компаний, инженерных команд и стартапов, которые создают беспилотники, роботизированные комплексы, системы связи, программное обеспечение и другие технологии для фронта.
Украина получила уникальное преимущество — возможность быстро проверять разработки в реальных боевых условиях. В то же время отрасль до сих пор сталкивается с проблемами масштабирования, зависимостью от импортных комплектующих, нестабильными правилами, нехваткой инвестиций и сложностями с выходом на международные рынки.
UA.News пообщалось с Денисом Святокумом — председателем правления Украинского кластера двойных технологий, членом правления и главой комитета международного сотрудничества и стратегических партнерств Федерации работодателей Украины «Дефенс», а также председателем инвестиционного комитета клуба частных инвесторов InvestHub.
От предпринимательства к оборонным технологиям
Денис Святокум более 15 лет занимается предпринимательством, развитием бизнеса, инвестициями и запуском новых проектов. Сегодня свою главную задачу он видит в том, чтобы объединить накопленный опыт, международные контакты и предпринимательскую среду вокруг развития украинского сектора безопасности и обороны.
«Я стараюсь объединить все свои компетенции, бэкграунд и интересы в точке, которая поможет реализовать как личный, так и национальный потенциал. У меня большой предпринимательский нетворкинг и контакты с проактивными украинцами по всему миру. Многие из них сейчас так или иначе вовлечены в укрепление обороноспособности Украины», — рассказал Святокум.
По его словам, украинским оборонным предприятиям сегодня необходима не только поддержка внутри страны. Они должны становиться частью международных производственных, технологических и инвестиционных цепочек.
«Стратегический успех Украины зависит от того, насколько быстро и свободно мы сможем интегрироваться в мировые цепочки добавленной стоимости в технологиях и инновациях. Нам нужно объединять украинские разработки с капиталом и технологическими подходами партнеров, с которыми мы разделяем демократические ценности», — пояснил эксперт.
Непосредственный путь Святокума в miltech начался во время обучения по программе «Школа министров» Киевской школы государственного управления. Участники должны были подготовить проект реформы, которую можно было бы реализовать на государственном уровне.
Святокум работал над концепцией R&D-хаба, призванного помочь Украине перейти от экспорта сырья к созданию и продаже собственных технологических решений.
«Один из менторов сказал мне: если ты ищешь финансирование и инвестиции, обрати внимание на оборонный сектор. Именно там сейчас сосредоточены внимание, ресурсы и инновации. Я принял этот совет и начал глубже погружаться в отрасль», — вспомнил он.
После начала полномасштабного вторжения многие знакомые ему предприниматели переориентировали свои гражданские компании на нужды армии. Одни изготавливали противотанковые ежи, другие привозили бронежилеты, передавали оборудование, помещения или привлекали работников.
«Произошла общая мобилизация активных предпринимателей и перенос их ресурсов из гражданской сферы в военную. Я понял, что это ядро, вокруг которого можно создавать коллаборации. Многие люди параллельно делали одно и то же. Если бы объединить их в сообщество, они могли бы обмениваться информацией, эффективнее использовать ресурсы и усиливать друг друга», — сообщил Святокум.
Так возникла идея профильной ассоциации, а впоследствии — Украинского кластера двойных технологий. Одной из его задач должна стать помощь оборонным компаниям в переходе на гражданские рынки после завершения войны.
Частный ОПК еще продолжает формироваться
По мнению Дениса Святокума, в Украине уже возникла мощная частная оборонная индустрия, однако называть процесс ее формирования завершенным пока рано.
Отрасль постоянно меняется вместе с ситуацией на поле боя. Новые решения могут за несколько недель сделать устаревшими изделия, которые недавно запустили в серийное производство.
«Процесс точно продолжается. Мы фактически формируем новую мировую архитектуру безопасности, и это может занять достаточно много времени. Инновации на поле боя меняются постоянно. Появляются новые компании и продукты, которые могут оказаться лучше решений, запущенных в производство буквально вчера», — подчеркнул эксперт.
В перспективе это должно привести к более активной кооперации между предприятиями, а также к слияниям и поглощениям. Часть компаний будет объединять производственные возможности, инженерные команды и каналы сбыта, чтобы быстрее масштабировать проверенные разработки.
Главное преимущество Украины — скорость
Ключевым преимуществом украинского ОПК Святокум называет быстрый цикл разработки, проверки и совершенствования технологий.
Украинские инженеры могут оперативно передавать прототипы военным, получать отзывы непосредственно с фронта, вносить изменения и возвращать обновленное изделие в боевые подразделения.
«Наше главное преимущество — быстрая интеграция, валидация и тестирование различных средств и продуктов. Из-за войны часть бюрократических процессов упростилась, поэтому мы можем быстрее понять, какие решения действительно эффективны», — пояснил Святокум.
Доступ к боевому тестированию он называет уникальным ресурсом, которого нет у большинства западных оборонных компаний.
«Быстрое R&D, возможность проверки на фронте и опыт применения — это наши преимущества. Кроме того, украинские предприятия стали сильными интеграторами различных элементов и систем. Вчера дрон был гражданским продуктом, а сегодня он за относительно небольшие деньги может уничтожить технику стоимостью в миллионы», — рассказал эксперт.
Слабое место — масштабирование разработок
Скорость создания прототипов не всегда означает способность выпускать их десятками или сотнями тысяч. Именно масштабирование Святокум считает одной из главных системных проблем украинского ОПК.
По его словам, часть разработчиков стремится полностью контролировать собственный продукт и боится передавать технологию производственным партнерам.
«Каждый хочет оставаться владельцем своего уникального продукта и переживает, что завтра у него что-то украдут или отберут. Из-за этого я пока не вижу достаточно быстрого масштабирования», — сообщил он.
Ситуацию усложняет то, что разные команды параллельно работают над похожими решениями, копируют отдельные подходы или пытаются опередить конкурентов.
В то же время такая конкуренция не всегда приводит к эффективной кооперации, объединению производственных мощностей или стандартизации продукции.
Технологический запрос рождается непосредственно на фронте
В идеальной модели именно Вооруженные силы должны консолидировать потребности подразделений, определять технологические приоритеты, а Министерство обороны — формировать политику и создавать стимулы для производителей.
На практике значительная часть оборонного R&D в Украине развивалась децентрализованно.
«Запрос рождается на фронте — у военного, которому нужно решить конкретную задачу: защиту, нападение, разведку, маневрирование или что-то другое. Из-за человеческого фактора на разных участках фронта для одной и той же потребности могут предлагаться разные решения», — пояснил Святокум.
После начала полномасштабной войны роль доноров оборонных разработок частично взяли на себя благотворительные фонды. Параллельно в отдельных воинских частях и бригадах начали появляться собственные инженерные и инновационные команды.
«В них попадали ученые, предприниматели и инженеры, которые буквально на коленке начинали создавать новые продукты. В результате появился так называемый “зоопарк дронов”, потому что каждое подразделение использует то, что ему удобнее и эффективнее на конкретном участке», — рассказал эксперт.
Быстро стандартизировать все решения в условиях постоянного изменения тактики почти невозможно. Однако в будущем консолидировать информацию о потребностях фронта смогут большие массивы данных и инструменты искусственного интеллекта.
От прототипа до боевого применения — за несколько недель
Украинский цикл разработки и испытания оборонной продукции Святокум называет одним из самых быстрых в мире.
Конкретные сроки зависят от вида продукции, сложности технологии и процедур, которые она должна пройти. Однако в некоторых случаях от появления запроса до первого боевого применения проходит всего одна-две недели.
«После этого может понадобиться еще около двух недель на модификацию и примерно столько же — на заключение контракта. Благодаря вызовам войны государство меняет регуляторные подходы, а отдельные люди активно выступают за упрощение процедур», — сообщил эксперт.
Производители также стараются оперативно модернизировать уже допущенные к использованию продукты. Особенно это касается программного обеспечения.
Компания не может поставлять изделие с худшими характеристиками, чем предусмотрено контрактом. В то же время улучшенные версии и программные обновления производители нередко передают военным бесплатно, не меняя стоимость контракта.
Если же речь идет о принципиально новом модуле или существенно измененном продукте, его могут сначала испытать при поддержке благотворительного фонда. Для дальнейшего государственного контрактования такому изделию все равно придется пройти предусмотренные процедуры.
Кодификация, гранты и децентрализованные закупки
Среди наиболее полезных для украинского ОПК государственных решений Святокум называет упрощение кодификации оборонной продукции, финансирование новых разработок и развитие децентрализованных закупок.
Возможность воинских частей самостоятельно покупать необходимые средства позволяет быстрее реагировать на локальные потребности и сокращать путь от производителя до конечного пользователя.
«Децентрализованные закупки стимулируют развитие ОПК. Есть централизованные контракты, но в то же время воинские части могут самостоятельно закупать то, что им необходимо. Это упрощает и сокращает бюрократический процесс», — отметил Святокум.
Позитивным шагом он также считает появление инновационных центров в бригадах. Там разработки можно быстрее протестировать, а производители получают релевантную обратную связь для совершенствования продукции.
Отдельную роль в поддержке оборонных стартапов играет Brave1 — государственная инициатива по развитию оборонных технологий, которая финансирует разработки и помогает внедрять их в секторе безопасности и обороны.
Производители ожидают открытия экспорта
Одним из главных решений, которого частный оборонный бизнес ожидает от государства, Святокум называет дальнейшее открытие экспорта вооружений и военных технологий.
Украинский бюджет не может полностью профинансировать все производственные и исследовательские возможности предприятий. Из-за этого часть компаний имеет готовые мощности, но не получает достаточного количества внутренних заказов.
«Открытие экспорта усилит привлечение денег и инвестиций. Мы сможем продавать продукцию, которая, возможно, уже не является приоритетной для Украины, но остается полезной для других стран», — пояснил эксперт.
Дополнительные доходы от внешних продаж производители могли бы вкладывать в новые исследования, увеличение мощностей и локализацию комплектующих.
В то же время не все компании действительно готовы к международному рынку. Формальное заявление о готовности экспортировать еще не означает наличия правильно оформленной технической документации, юридической структуры, сертификации и опыта работы с иностранными регуляторами.
«Когда дело дойдет до документации и соглашений, выяснится, что готовы не все. Но само открытие экспорта станет сигналом, что в это направление нужно инвестировать и к нему необходимо готовиться», — отметил Святокум.
Частые кадровые изменения создают риски
Постоянные кадровые перестановки в Министерстве обороны эксперт оценивает преимущественно негативно.
По его словам, Минобороны — это большой аппарат с многочисленными департаментами, центрами и подчиненными структурами. Новой команде требуется длительное время, чтобы разобраться в системе и перейти к реализации изменений.
«Минимум полгода требуется только на то, чтобы новый министр понял, что происходит, сформировал команду, подготовил изменения и начал их внедрять. Невозможно менять министра каждые полгода, потому что каждый раз многие процессы приходится почти начинать с нуля», — подчеркнул Святокум.
Часть наработок предыдущих команд удается передать преемникам. Однако некоторые проекты останавливают, поскольку они не соответствуют концепции нового руководства или их значение не успевают должным образом объяснить.
Михаил Федоров и возможный украинский аналог DARPA
Отдельно Денис Святокум отметил технологический подход Михаила Федорова, который возглавил Министерство обороны Украины в январе 2026 года.
«Я считаю его самым инновационным министром обороны за всю историю независимой Украины. Это молодой прогрессивный человек, заинтересованный в технологиях. Он демонстрировал это и на предыдущей должности, и сейчас», — заявил Святокум.
Среди положительных изменений он называет более открытую коммуникацию, быструю обратную связь, цифровизацию, внедрение систем оценки результатов и постепенное сокращение бумажных процедур.
«Я не говорю, что это идеальный министр и что нет нюансов. Но среди людей, которые возглавляли ведомство, его команде еще не дали полностью реализовать заявленное. Именно поэтому я поддерживал позицию, что его не нужно убирать», — пояснил эксперт.
Идею создания отдельного координационного центра оборонных технологий Святокум оценивает осторожно. Новая структура будет иметь смысл только при условии, что получит реальные полномочия, финансирование и четко определенные отношения с Минобороны, Генеральным штабом и другими государственными институтами.
В качестве возможного ориентира он называет американское агентство DARPA, которое занимается финансированием и развитием перспективных оборонных технологий.
«Об украинской DARPA мы говорим еще с 2023 года. Если новый центр станет первым шагом к созданию институции, которая действительно будет ускорять оборонные инновации, это может быть перспективно. Теоретически возможно все, но практический результат будет зависеть от полномочий и реализации», — подытожил Святокум.
Ракетостроение и космос нуждаются в больших инвестициях
Среди недостаточно профинансированных направлений эксперт выделяет ракетостроение.
Разработка ракет требует значительных средств, сложной производственной базы, испытательной инфраструктуры, квалифицированных специалистов и длительного времени. Именно поэтому в Украине нет десятков частных ракетных компаний, способных параллельно реализовывать крупные программы.
«Любое ракетостроение требует очень больших инвестиций и значительных сроков реализации. Нам нужно больше денег, ресурсов и людей. Специалистов становится меньше, поэтому необходимо также вкладываться в их подготовку», — рассказал Святокум.
Еще одним стратегическим направлением он называет космические и спутниковые технологии.
«Государство почти не выделяет достаточных ресурсов на спутники, спутниковую связь и системы передачи данных. Это колоссальные деньги, и во время войны это направление может казаться несвоевременным. Но практика показывает, что без разведывательных данных партнеров мы становимся очень слабыми», — подчеркнул эксперт.
Украина, по его мнению, должна искать внешнее и внутреннее финансирование для развития собственной спутниковой системы. Это позволило бы снизить зависимость от иностранных разведывательных данных и коммерческих систем связи, в частности Starlink.
От боевого подразделения до серийного производства
Оптимальная модель сотрудничества должна начинаться с военного подразделения, которое формулирует конкретное техническое задание.
После этого разработчик ищет возможные способы выполнения запроса, привлекает государственное или частное финансирование и передает военным несколько прототипов.
«Военные должны давать технические задания, даже если сначала они кажутся фантастическими. Разработчик должен найти разные варианты решения и как можно быстрее предложить их для тестирования», — пояснил Святокум.
Если военные подтверждают эффективность продукта, разработчик должен обратиться к производственному предприятию, способному выпускать его в больших количествах.
Однако именно на этом этапе часто возникает проблема.
«У нас много так называемых гаражных разработчиков. Они могут создать рабочий прототип, но не всегда знают, как оформить документацию и технологические карты. А произвести одну единицу и изготовить десять тысяч одинаковых изделий — это совершенно разные процессы», — сообщил эксперт.
Без полной документации и стандартизированных производственных процессов передать продукт на другое предприятие и быстро запустить серийный выпуск практически невозможно.
Какие компоненты необходимо локализовать
Украинский ОПК все еще существенно зависит от импортных компонентов. Часть продукции предприятия уже локализуют, однако полный переход на украинские комплектующие требует времени и крупных вложений.
К наиболее критическим категориям Святокум относит чипы, оптоволокно, камеры, электронные платы, системы связи и компоненты для электродвигателей.
«Двигатели в Украине уже производят, но часть деталей для них все равно покупают за рубежом. Локализация — это постоянный процесс погружения в deep tech: от камер и плат до двигателей, чипов и дополнительной электроники», — рассказал эксперт.
Иностранные компоненты часто покупают из-за более низкой цены, доступности и скорости поставок. Поэтому украинский аналог должен быть не только технологически качественным, но и экономически конкурентоспособным.
Долгосрочные контракты нужны не для всех технологий
Многолетние государственные заказы дают производителям возможность планировать работу, инвестировать в оборудование и нанимать персонал. Однако в сфере быстро развивающихся оборонных технологий они могут создавать новые проблемы.
«Отдельные технологические решения могут оставаться актуальными всего три-четыре недели. Если заключить контракт на три года, возникает вопрос: зачем через год производить то, что уже не соответствует потребностям фронта?» — заметил Святокум.
Более оптимальной он считает модель, при которой государство сначала проверяет надежность производителя, его финансовую и производственную состоятельность.
В дальнейшем компания могла бы быстрее получать контракты на конкретные изделия, если они соответствуют актуальным техническим характеристикам. Тогда не нужно каждый раз заново проверять само предприятие — достаточно контролировать качество и соответствие нового продукта требованиям армии.
Иностранные инвесторы смотрят на украинский defense tech
По словам Святокума, интерес международных инвесторов к украинскому defense tech остается очень высоким.
Фонды создают специальные программы, выделяют ресурсы и ищут перспективные украинские команды. Однако развитие сделок сдерживает недостаточно сформированный инвестиционный рынок.
«Весь мир смотрит на Украину и пытается присоединиться к этой истории. Но часто инвесторы упираются в то, что нормального инвестиционного рынка у нас пока нет. Из-за этого приходится использовать, например, конвертируемые займы и другие более сложные инструменты», — пояснил эксперт.
Еще одна проблема — неготовность части украинских проектов к западным требованиям.
Команда может обладать сильной технологией, но не уметь презентовать бизнес-модель, рассчитать рынок, подготовить финансовую документацию или объяснить международному инвестору стратегию масштабирования.
Украина может продавать партнерам боевой опыт
Международные партнеры не всегда могут самостоятельно определить, какие технологии будут востребованы в следующей большой войне. Поэтому они внимательно следят за украинским опытом.
«У них нет такой войны, поэтому они ориентируются на нас. Потребности возникают ситуативно — в зависимости от того, как меняется фронт и какие решения становятся эффективными», — сообщил Святокум.
Главным украинским активом он считает опыт реального боевого применения, оперативную разведку и способность быстро адаптировать оборудование к новым условиям.
Особым потенциалом обладают наземные роботизированные комплексы, искусственный интеллект, анализ больших массивов данных и интеграция различных типов беспилотных систем.
«Перспективное направление — объединение различных продуктов в единое решение. Как в стратегической компьютерной игре, где разные юниты выполняют разные задачи, но управляются одновременно. Именно так должен работать комплекс беспилотных систем», — пояснил эксперт.
Каким может стать украинский ОПК после войны
После завершения боевых действий Украине важно не потерять накопленный инновационный потенциал.
По словам Святокума, часть компаний, которые возникли из-за потребностей войны, может остаться без внутренних заказов. Поэтому их технологии необходимо адаптировать к гражданскому сектору или международным рынкам.
«Мы можем стать мировым R&D-центром. Нам смогут передавать исследовательские и конструкторские работы на аутсорс, потому что мы умеем быстро внедрять, тестировать и интегрировать продукты», — рассказал Святокум.
Кроме того, Украина может превратиться в крупный производственный хаб для западных государств.
«Мы достаточно квалифицированы, у нас есть производственные площади и опыт. Украина может частично заменить для западного мира производственные возможности Китая. Это также может стать нашим конкурентным преимуществом», — заявил эксперт.
Какие технологии будут определять будущие войны
Среди технологий будущего Святокум называет автономные беспилотные системы, способные частично заменить человека при выполнении опасных задач.
Важным переходным направлением могут стать экзоскелеты и другие системы, которые усиливают физические возможности военных.
Отдельное место будет занимать искусственный интеллект — от обработки разведывательных данных до управления большими группами беспилотников.
«Искусственный интеллект позволит обеспечить массовое управление роем дронов и оптимизировать алгоритмы их действий. Также критически важным останется космос, без которого невозможно получить преимущество при создании и внедрении новых систем», — подчеркнул Святокум.
В то же время передача искусственному интеллекту полной автономности требует четких ограничений и продуманной архитектуры.
«Искусственный интеллект — это инструмент ускорения инноваций. Но систему нужно с самого начала строить так, чтобы она была защищенной и контролируемой. Любая неконтролируемая технология потенциально может быть опасной», — пояснил эксперт.
Речь идет не только о защите от кибератак, но и о технических предохранителях, контроле доступа к данным, возможности вмешательства человека и ограничении самостоятельного принятия критических решений.
«Государству нужно не мешать и слышать»
Главным условием развития украинского ОПК Святокум называет предсказуемость государственной политики.
Предприятия должны понимать, что начатые программы не остановятся после очередной кадровой перестановки, а правила работы не будут меняться без предупреждения.
«Часто говорят, что государство должно что-то делать, — оно должно не мешать. На мой взгляд, нужно просто дать продолжить то, что уже начали. Производители должны видеть перспективу и понимать направление развития», — подытожил Святокум.
Не менее важной он считает постоянную коммуникацию между государством, военными и частными компаниями.
«Государство должно слышать обратную связь от производителей и военных. Оно должно уметь коммуницировать, слушать, прислушиваться и быстро внедрять необходимые изменения», — резюмировал эксперт.
