8 сентября исполнилось четыре года со дня смерти королевы Елизаветы II. Она скончалась 8 сентября 2022 года в шотландском замке Балморал в возрасте 96 лет, завершив самое длительное правление в истории британской монархии — более 70 лет. После её смерти престол перешёл к старшему сыну — Карлу III, а вместе с короной он получил доступ к сложной финансовой системе, формировавшейся на протяжении веков.
Со стороны она выглядит как огромный семейный бизнес с дворцами, замками, землями, картинами и драгоценностями на десятки миллиардов фунтов. На самом деле всё гораздо сложнее. Букингемский дворец нельзя просто продать, Crown Estate не является личной собственностью короля, а большинство предметов знаменитой Королевской коллекции монарх лишь хранит для следующих поколений. В то же время у королевской семьи действительно есть частная недвижимость, инвестиции и источники дохода, недоступные обычным британцам.
UA.News рассказывает, сколько на самом деле стоит британская монархия, что Елизавета II оставила Карлу III, сколько британцы ежегодно тратят на содержание короны и приносит ли она государству больше денег, чем забирает.
Британская монархия стоит десятки миллиардов, но большая часть этих денег не принадлежит королю
Самое сложное в финансах британской монархии — понять разницу между имуществом короля и имуществом короны. Формально Карл III контролирует огромное количество земли, недвижимости, произведений искусства и других активов. Однако значительной частью этого имущества он не может распоряжаться как обычный владелец.
Один из самых известных примеров — Crown Estate. Это огромный портфель коммерческой недвижимости, земель, сельскохозяйственных угодий и морского дна у берегов Англии, Уэльса и Северной Ирландии.
Согласно последнему отчету Crown Estate, по состоянию на конец 2025/2026 финансового года чистая стоимость активов структуры составляла 16,7 млрд фунтов стерлингов, а непосредственно ее портфель недвижимости оценивался в 14,5 млрд фунтов стерлингов. Crown Estate управляет, в частности, дорогой коммерческой недвижимостью в центре Лондона, огромными земельными участками и правами на использование морского дна для оффшорной ветроэнергетики.
Но Карл III не может продать Crown Estate и присвоить себе £16 млрд. С XVIII века доходы от этого имущества передаются государству. Сегодня Crown Estate управляется независимым советом, а полученные средства поступают в британское казначейство.
В 2025 году Crown Estate принес около 0,5 млрд фунтов стерлингов чистого дохода в государственный бюджет. За последние десять лет эта структура передала на общественные нужды около 5 млрд фунтов стерлингов.
Сколько британцы ежегодно платят на содержание короля, дворцов и королевской семьи
В ответ на передачу доходов Crown Estate британская монархия получает от государства Sovereign Grant — суверенный грант, из которого финансируются официальные обязанности короля, персонал, поездки и содержание действующих королевских резиденций.
В 2025/2026 финансовом году размер гранта составил 132,1 млн фунтов стерлингов. Это значительное увеличение по сравнению с 86,3 млн фунтов стерлингов годом ранее. Но почти половина этих денег не пошла непосредственно на повседневную жизнь королевской семьи. Согласно финансовому отчёту Букингемского дворца, £67,5 млн было потрачено на сохранение и ремонт официальных королевских дворцов. Значительная часть расходов связана с десятилетней реконструкцией Букингемского дворца.
Проект стартовал еще в 2017 году. В здании необходимо было фактически заново прокладывать электропроводку, менять трубы, котлы, системы отопления и водоснабжения, значительная часть которых не подвергалась масштабной модернизации с 1950-х годов.
Общая сумма дополнительного финансирования этой реконструкции оценивалась в 369 млн фунтов стерлингов. Завершить работы планируется в 2027 году. После этого финансирование королевского двора должно сократиться: уже определено, что с 2027 года Sovereign Grant будет составлять 99,9 млн фунтов стерлингов в год в течение следующего пятилетнего периода.
В 2026/2027 году грант ещё составит £137,9 млн — прежде всего из-за завершающего этапа реконструкции Букингемского дворца.
При этом сам Карл III после завершения ремонта не планирует делать Букингемский дворец своей постоянной частной резиденцией. Он должен остаться прежде всего церемониальным центром британской монархии, рабочим местом королевского двора и историческим памятником.
Что Елизавета II действительно имела в частной собственности и сколько унаследовал Карл III
В отличие от Crown Estate или Букингемского дворца, у Елизаветы II было и настоящее частное имущество, которым она могла распоряжаться гораздо свободнее. Точную сумму её наследства мы, вероятно, ещё очень долго не узнаем. Завещания британских монархов традиционно не публикуются, а детали наследства Елизаветы II остались засекреченными.
Forbes после её смерти оценивал частные активы королевы примерно в $500 млн. К ним относились две самые известные частные королевские резиденции — Балморал в Шотландии и Сандрингем в Англии, а также инвестиции, лошади, произведения искусства, драгоценности и одна из самых ценных в мире коллекций почтовых марок. Именно здесь проходит граница, которую часто упускают в заголовках о «миллиардах британской королевской семьи».
Букингемский дворец принадлежит короне. Он не был частной собственностью Елизаветы II и не стал личной собственностью Карла III. Виндзорский замок также является частью имущества, которым монарх владеет в своём статусе главы государства.
Зато Балморал и Сандрингем — частная собственность. Именно поэтому Елизавета могла передать их сыну в наследство. Похожая ситуация с искусством. Огромная Royal Collection — картины старых мастеров, мебель, скульптуры, рукописи, драгоценности и другие предметы, накапливавшиеся королевской семьёй на протяжении веков, — не является личной коллекцией Карла III. Монарх хранит её как суверен для своих преемников и страны.
В то же время существовала и частная коллекция Елизаветы, которая могла перейти Карлу как обычное наследство.
Почему Карл III не заплатил обычный налог на многомиллионное наследство Елизаветы II
Еще одна особенность британской монархии касается налогов. Обычный британец, получающий крупное наследство, при определенных условиях сталкивается с inheritance tax — налогом на наследство. Передача частного имущества от одного монарха следующему происходит по другим правилам.
В официальном меморандуме о налогообложении королевской семьи указано, что частные активы, переходящие от одного суверена к следующему, налогом на наследство не облагаются. Правительство объясняет это тем, что такие частные резиденции, как Балморал и Сандрингем, одновременно выполняют официальные функции, а монархия должна сохранять определенную финансовую независимость от правительства.
То есть, если оценка Forbes примерно в $500 млн близка к реальности, Карл III мог унаследовать эти активы без стандартного налога на наследство. Это не означает, что король вообще не платит налоги.
Юридически монарх имеет особый статус, но с 1993 года британские монархи добровольно уплачивают налог на доходы и прирост капитала в соответствии со специальными договоренностями с правительством. Британское Министерство финансов поясняет, что эти правила действуют и в отношении Карла III.
В 2026 году Букингемский дворец впервые обнародовал конкретные цифры: с момента вступления на престол Карл III уплатил более 30 млн фунтов стерлингов налогов. За 2023/2024 финансовый год его налоговый счет составил £11,7 млн, а за 2024/2025-й — £12,9 млн.
Ланкастерское герцогство приносит Карлу III десятки миллионов фунтов дохода ежегодно
Отдельный источник королевских доходов — Duchy of Lancaster, Ланкастерское герцогство. Это портфель земель, недвижимости и других активов, который существует уже более семи веков и традиционно обеспечивает частный доход действующего британского монарха.
По итогам финансового года, завершившегося 31 марта 2026 года, чистая стоимость активов герцогства составила 687,3 млн фунтов стерлингов. Скорректированный чистый профицит вырос до 25,2 млн фунтов стерлингов по сравнению с 24,4 млн фунтов стерлингов годом ранее.
Эти средства формируют так называемый Privy Purse — частный доход монарха. Часть используется для расходов, которые не финансируются из Sovereign Grant, а доход, не расходуемый на официальные цели, подлежит добровольному налогообложению со стороны короля.
У наследника престола действует аналогичная система. Duchy of Cornwall обеспечивает доходы принца Уильяма как принца Уэльского. В 2025/2026 году оно получило 21,6 млн фунтов стерлингов распределяемого профицита.
То есть британская монархия финансируется не из одного «королевского бюджета». На самом деле параллельно существуют государственное финансирование официальных обязанностей, доходы исторических герцогств, частные активы членов семьи и отдельные структуры, управляющие королевскими памятниками и коллекциями.
Королевские дворцы ежегодно привлекают миллионы туристов
Самый распространенный аргумент сторонников монархии звучит примерно так: королевская семья может дорого обходиться, но приносит стране еще больше дохода благодаря туризму. Часть этого аргумента имеет очевидную экономическую основу.
По данным Royal Collection Trust, в 2025/2026 году официальные королевские резиденции и галереи приняли более 2,7 млн посетителей. Только Виндзорский замок посетили около 1,267 млн человек, Букингемский дворец — 590 тысяч, дворец Холирудхаус в Эдинбурге — 469 тысяч, а Royal Mews — ещё 163 тысячи.
И это только те, кто купил билеты в объекты Royal Collection Trust. Например, район Букингемского дворца принимает гораздо больший туристический поток — миллионы людей подходят к зданию, не заходя внутрь.
Royal Collection Trust при этом работает как благотворительная организация без прямого государственного финансирования: доходы от билетов, магазинов и других видов деятельности используются для содержания коллекции и открытых для туристов королевских объектов.
Гораздо сложнее оценить более широкий эффект от самой королевской семьи. Еще в 2017 году консалтинговая компания Brand Finance оценивала всю британскую монархию как условный бизнес в 67,5 млрд фунтов стерлингов, а ее ежегодный вклад в британскую экономику — примерно в 1,77 млрд фунтов стерлингов. В частности, около 550 млн фунтов стерлингов от тогдашней оценки приходилось на дополнительный эффект для туризма. Исследование Brand Finance также включало влияние на британские бренды, СМИ, искусство, торговлю и компании, имеющие королевские гарантии (Royal Warrants).
Однако эту цифру не стоит воспринимать как нынешнюю рыночную оценку монархии: исследование было проведено почти десять лет назад, а точного современного аналога нет. К тому же невозможно достоверно ответить, сколько туристов приехали в Лондон именно из-за монархии, а сколько всё равно посетили бы Великобританию без короля.
Елизавета II оставила после себя финансовую систему, которую практически невозможно оценить одной цифрой
Именно поэтому на вопрос «сколько стоит британская королевская семья» нет одного правильного ответа. Если учитывать только личное состояние Елизаветы II, речь идет, по внешним оценкам, о сотнях миллионов долларов.
Если добавить Duchy of Lancaster, стоимость активов, обеспечивающих доход монарха, превышает 680 млн фунтов стерлингов. Если учитывать Crown Estate, то появляются ещё £16,7 млрд чистых активов — однако они не принадлежат Карлу III как частному лицу и приносят доход прежде всего государству.
Далее идут дворцы, Королевская коллекция, земли и прочее историческое имущество, которое может оцениваться в миллиарды, но не может быть просто выставлено королем на продажу. С другой стороны — расходы. В текущем финансовом году британское государство выделит королевскому двору 137,9 млн фунтов стерлингов, хотя значительная часть этой суммы связана с завершением реконструкции Букингемского дворца. С 2027 года финансирование планируется сократить до 99,9 млн фунтов стерлингов в год.
Поэтому британская монархия больше напоминает не компанию, а сложный холдинг, в котором частные деньги переплетены с государственной собственностью, историческими фондами, недвижимостью, туризмом и символической ценностью бренда Великобритании.
Елизавета II за 70 лет правления стала центральной фигурой этой системы. Через четыре года после её смерти изменились имя на банкнотах, портрет монарха, титулы и глава королевской семьи. Но финансовая машина короны продолжает работать практически по тем же правилам, которые были созданы задолго до Елизаветы и, скорее всего, переживут ещё не одного британского монарха.
