Джоанна Сурвило – возглавляет отдел Экономического восстановления и развития в Международном комитете спасения (IRC) в Польше и координирует направление реагирования на ситуацию в Украине.
Организация IRC, основанная в 1933 году, начала свою работу в Польше в начале февраля 2022 года, накануне полномасштабного вторжения. За это время миссия IRC трансформировалась: от предоставления экстренной финансовой помощи десяткам тысяч человек до разработки комплексных программ поддержки, охватывающих трудоустройство, защиту и образование.
В этом интервью Джоанна Сурвило подробно рассказывает о ключевых направлениях работы IRC в Польше, включая программы cash assistance и концепцию “One-stop-shop” для поиска работы. Она объясняет важность сотрудничества с государственными органами, анализирует текущие потребности украинских беженцев, а также затрагивает такие важные вопросы, как усталость польского общества от темы войны, восприятие разных групп мигрантов и отношения между поляками и украинцами на человеческом уровне.
О работе IRC в Польше
Организация IRC существует с 1933 года, но в Польшу мы приехали 9 февраля — за три недели до полномасштабного вторжения. Нашей первой инициативой была защита и помощь людям в трудных ситуациях. Уже с 1 мая мы начали помогать беженцам из Украины через финансовую программу cash assistance, охватив около 55 тысяч человек с суммой помощи от 600 до 800 злотых.
Поняв, что денежная помощь – это только начало, мы разработали программы трудоустройства по концепции “One-stop-shop” для поиска работы. Эта программа затронула около 5 тысяч людей, которые нашли работу и получили помощь в трудоустройстве.
Мы также проводим социальные кампании, такие как “Know your rights” для информирования беженцев о безопасном трудоустройстве и “Work for all” для повышения осведомленности компаний о найме беженцев.
Кроме того, у нас есть образовательные программы для детей и подростков, включая создание “Peace corners” в школах – уголков покоя для отдыха детей и обучения учителей работе с детьми-беженцами.
Наша деятельность сосредоточена на трех ключевых направлениях. Во-первых, это экономическая поддержка через денежную помощь и содействие в трудоустройстве. Во-вторых, это защита (Protection): мы предоставляем людям доступную и актуальную информацию, а также оберегаем их от потенциального вреда. В-третьих, это образование, то есть помощь детям и подросткам в получении знаний и развитии в рамках школьной системы.
Сотрудничество с госорганами Польши
Мы уже третий год адаптируемся к ситуации и понимаем, что важно работать с системой. Наши партнёры – это не только некоммерческие организации и бизнес, но и государственные органы Польши, например, Министерство образования и Центр занятости (Пожондом працы).
3 декабря на национальном стадионе в Варшаве состоялась ярмарка труда, организованная нами совместно с мэром Варшавы и центром занятости. Мы ожидали более 100 работодателей, а ярмарка ориентирована не только на поляков, но и на украинцев. Мы хотели, чтобы как можно больше людей, которым нужна помощь, посетили её.
Мы также сотрудничаем с Центрами социальной помощи, которые поддерживают наиболее уязвимых людей, особенно в бедных районах. Наши работники помогают беженцам, особенно тем, кто не обращается за помощью.
Основные потребности украинских беженцев в Польше
Сегодня в Польше проживает около миллиона беженцев из Украины. Важно отметить, что новые люди часто оказываются невидимыми для системы, поскольку их потребности отличаются от уже существующих групп. Система не всегда учитывает это, и, как результат, люди сталкиваются с проблемами, такими как трудности с изучением польского языка или пониманием базовых вопросов. Информация фрагментирована и передается через разные государственные органы, что приводит к неполной картине и искаженной информации.
Также есть проблемы с тренингами по трудоустройству из-за сокращения гуманитарных программ. Приезжают новые люди, и им нужна помощь, но в условиях ограниченных ресурсов эта помощь становится менее доступной.
Что касается трудоустройства, в Польше зарегистрировано 90 тысяч малых бизнесов, которые сталкиваются с трудностями. Им необходимы доступ к информации, консультациям и финансированию, а также профессиональные курсы и сертификации для таких профессий, как врач, адвокат или медсестра.
Таким образом, для эффективной помощи людям важен доступ к информации, обучение польскому языку, профессиональные курсы, а также консультации для бизнеса и доступ к финансированию.
Программы и проекты для уязвимых групп украинцев
В Польше проживает около 24 тысяч людей из Украины, которые нуждаются в специальной поддержке. Это женщины с детьми, люди с ограниченными возможностями, пожилые люди и одинокие родители. Им нужна первоочередная помощь, включая доступ к трудоустройству, финансированию и достойной зарплате.
Мы также сотрудничаем с различными учреждениями, такими как центры помощи и центры занятости, которые являются важными партнерами в этом процессе.
Устало ли польское общество от темы украинских беженцев
Пять лет назад мир столкнулся с глобальной пандемией, и люди провели два года в изоляции, что оказало огромное влияние. Затем начались войны, не только в Украине, но и на Ближнем Востоке, а также другие глобальные кризисы.
Кроме того, доступность информации через социальные сети усилилась. Мы открываем Instagram, и там сталкиваемся с проблемами и катастрофами, даже если подписались на что-то другое. Открываем другие социальные сети – ситуация не меняется. Я бы сказала, что это естественная усталость людей от постоянных бедствий. Некоторые считают, сколько можно помогать, если, к сожалению, проблемы возникают снова и снова, буквально на глазах…
Отличие потребностей украинских беженцев от потребностей беженцев с Ближнего Востока или с Африки
Первое, что бросается в глаза – это статус украинцев, который сильно влияет на процесс трудоустройства. Всё зависит от статуса, и хотя нельзя сказать, что это легче или сложнее, процесс устроен по-другому.
Каждая нация имеет свои особенности, и украинцы до войны тоже сталкивались с трудностями при трудоустройстве, имея Karta pobytu или другие документы. Однако мы также помогаем мигрантам из других стран, например, гражданам Колумбии, чьи потребности отличаются.
Многие колумбийцы приехали в северные районы Польши работать на заводах. Иногда они не получают разрешение на работу, оставаясь без визы и работы, без возможности вернуться домой. Таких людей нужно поддерживать индивидуально, помогая найти работу или безопасно вернуться домой.
Миграция – явление, которое будет продолжаться, и мы не можем на это влиять. Но мы можем подготовить людей к этой реальности, помочь им адаптироваться и найти работу.
Восприятие разных групп мигрантов в Польше
Это сложный вопрос, но я верю, что на человеческом уровне существует дружба. Я вижу, как украинцы и поляки нормально общаются, ведь мы соседи и друзья.
Есть разные медиа, есть разная подача информации. Но на самом деле, если посмотреть на человеческом уровне, все хорошо. Я также вижу, как в школах учатся дети из Польши, Вьетнама, Украины и Беларуси и они нормально общаются между собой. Я верю, что на самом деле всё хорошо, а медиа часто показывают лишь отдельные моменты.
Трудности, которые возникают у IRC при реализации гуманитарных программ в Польше
Команда IRC состоит из профессионалов, и у нас такой подход: если нужно что-то сделать, мы это делаем. Например, если нужно организовать ярмарку – мы её организуем. Если требуется помощь от других организаций, всегда найдется кто-то, кто готов помочь.
Однако потребности людей меняются. Наша программа в 2002 году была другой, чем сейчас.
Сегодня, я бы сказала, это больше вызов, чем проблема. Мы должны внимательно отслеживать потребности наших клиентов – мигрантов, людей, сбежавших из Украины. Важно следить за работой институций, поскольку эта сфера меняется очень быстро. Происходят изменения в законодательстве, и нужно мгновенно реагировать, быстро адаптироваться. Главным в нашей работе является гибкость и оперативность в ответах на потребности клиентов, чтобы предоставить им необходимую помощь.
Истории людей, которые запомнились IRC
У меня есть две любимые истории. Первая — это история Анны, которая переехала из Украины в Катовице. В Украине она была учителем, а в Польше, благодаря нашему микрогранту, открыла свою маленькую кондитерскую. Теперь там делает зефирки, печенья и другие сладости.
Она не только делает сладости на кухне дома, но и имеет своё место, где может работать и предоставлять услуги. До переезда в Польшу, кондитерское дело не было её профессией, а скорее хобби. Если бы не переезд в Польшу и не ситуация с детьми, она бы никогда не решилась открыть бизнес. Сейчас она говорит: «Это мой мир». И теперь она уже нанимает людей.
Вторая история – о Кате. В мае она приехала в Польшу с двумя дочерьми и единственным чемоданчиком. Она рассказала, что у неё был только лыжный костюм, так как не знала, что её ждёт. Это был апрель-май, и она думала, что будет холодно и ей не будет понятно, где ночевать с детьми. Она стала первой клиенткой, которая сразу в мае получила денежное пособие.
С этой помощью она начала строить свою жизнь. Она нашла работу в компании и через три года стала директором по экономическому развитию. Катя выучила польский. Не идеально, но на уровне B1-B2, и она прекрасно всё понимает.
Почему эти истории для меня так важны? Потому что они о надежде. Я всегда говорю, что надежда – это ключевое.
Будущее украинских беженцев в Польше
Никто не знает, что будет дальше. Но я думаю, что важно реагировать позитивно. Нужно всегда делать то, что мы можем в рамках своих возможностей.
Если мы будем так поступать – тогда будущее будет хорошим. Я сильно в это верю.
