В политическом театре современной России, где сценарий заранее пишется в просторных кабинетах администрации президента, появление любой силы со словом «мир» на флаге воспринимается либо как неслыханная сенсация, либо как очередная хитроумная постановка. Когда в конце концов ЦИК РФ зарегистрировала список партии «Яблоко» для участия в парламентских выборах 2026 года, многие были весьма удивлены. Ведь это политическая сила, которая прямо и недвусмысленно выступала за немедленное прекращение огня в Украине, за переговоры с Киевом, а также «за свободу», против бессмысленных запретов Кремля и «против политических репрессий».
На мгновение показалось, что внутри авторитарной российской машины вдруг открылся какой-то клапан для выпуска пацифистского пара. Однако этот «клапан» закрылся так же резко, как и открылся. Сначала из избирательного процесса вытеснили всех известных представителей партии, оставив в списках одних лишь «ноунеймов», а затем суд вообще снял «Яблоко» с выборов — со скандалом, с нарушениями, с ощущением полного абсурда, присущего, впрочем, российскому правовому произволу.
Для Украины этот короткий эпизод имеет принципиальное значение. Ведь речь идет не просто о внутрироссийских распрях, а о существовании в РФ хоть какой-то легальной антивоенной силы.
Действительно ли в стране-агрессоре есть политический субъект, готовый называть войну войной и, что гораздо важнее, прямо призывать к её немедленному прекращению, заморозке и переговорам? Почему «Яблоко» сначала допустили к игре, а потом выкинули из неё под надуманным предлогом? Что это вообще за партия такая — «Яблоко» — и не идет ли здесь речь об очередной хитрой «многоходовой игре» Кремля? Политический обозреватель UA.News Никита Трачук разбирался в этом вопросе.
Партия «Яблоко» — это проект Кремля?
Чтобы понять природу этой политической силы, стоит окунуться в новейшую российскую историю почти на четыре десятилетия назад, в 1990–1993 годы. Партия «Яблоко» — это не новообразование эпохи путинизма и не искусственная конструкция, слепленная политтехнологами Кремля под какие-то конкретные выборы. Ее основали еще в 1993 году как объединение радикальных демократов, либералов-идеалистов и интеллектуалов, искренне веривших в возможность построения в России правового государства европейского образца. В то время, когда будущий российский диктатор ещё работал в аппарате тогдашнего мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака, основатель и лидер «Яблока» Григорий Явлинский (сейчас он несколько отошел от дел, выполняя скорее роль почетного идеолога политической силы) уже предлагал правительству масштабные программы рыночных экономических реформ, читал лекции в университетах и участвовал в политике на самом высоком уровне. Это важное напоминание о том, что ключевая фигура партии — это политик, сформировавшийся задолго до наступления путинской эпохи.
Фигура Явлинского вообще является ключом к пониманию того, почему «Яблоко» крайне сложно отнести к «карманной оппозиции» или кремлевским проектам. Это человек, которого критиковали всегда, отовсюду и безжалостно. В либеральной среде его упрекали в склонности к чрезмерному академизму, в политическом эгоцентризме, в нежелании объединяться в широкие коалиции, в слишком осторожной критике власти в отдельные периоды и т. д. Провластные прокремлевские круги, в свою очередь, вообще всегда считали Явлинского «купленным Западом либералом» и «иностранным агентом».
Против активных участников, членов и активистов «Яблока» регулярно возбуждают уголовные дела, их преследуют, запугивают, а иногда и отправляют за решетку на реальные сроки. В разных регионах РФ местные активисты и депутаты от «Яблока» сталкивались с откровенными репрессиями: от обвинений в экстремизме за репосты фотографий Навального до уголовного преследования за антивоенные высказывания.
Наконец, стоит упомянуть интересный биографический факт: Григорий Явлинский родился и до 17 лет жил во Львове. Он буквально вырос в украинской культурной среде. Явлинский прекрасно понимает украинский язык, вполне свободно им
?t=53">владеет, и этот опыт непосредственного знакомства с Украиной — не через пропагандистские штампы, а через личную биографию — делает его носителем принципиально иной точки зрения, чем у подавляющего большинства российской элиты.Всё это в совокупности позволяет утверждать: теория о том, что «Яблоко» является проектом Кремля, выглядит весьма маловероятной. И это делает историю с их снятием с выборов ещё более показательной и поучительной.
Не друг Украины
Впрочем, следует понимать главное: любая российская политическая сила, с какими бы лозунгами она ни выходила на публику, остается именно российской политической силой. Это означает, что она действует внутри российского политического поля, встроена в российскую систему координат, играет по правилам, установленным российским государством, и, в конечном счете, стремится влиять на Россию в тех рамках, которые это государство ей определяет.
То есть для Украины любые антивоенные россияне — будь то отдельные активисты или целые организации вроде «Яблока» — являются не более чем ситуативными попутчиками на ограниченном отрезке исторической траектории. Их не стоит отталкивать, не стоит демонизировать, ведь они, по крайней мере, осмеливаются говорить то, за что другие в РФ получают реальные сроки. Однако считать их друзьями или союзниками было бы политически наивно. Их борьба — это внутреннее дело России, их цели связаны с построением будущей России, а не с восстановлением справедливости для Украины.
Партия «Яблоко»: настоящий пацифизм или фикция?
Почему же антивоенная позиция «Яблока», при всей возможной искренности его членов, в реальности является, по сути, фикцией? Здесь мы упираемся в природу путинского режима.
«Яблоко» действительно может не быть прямым кремлевским проектом. Ни Явлинский, ни его соратники, скорее всего, не получают конверты с деньгами от кураторов из Администрации президента и не пишут свои заявления под диктовку. Они могут быть вполне искренни в своём желании прекратить войну. Но проблема в том, что все без исключения российские выборы на федеральном уровне — это тщательно срежиссированная «специальная электоральная операция», спецмероприятие, где у каждого участника есть четко прописанная роль, а любые нежелательные эксцессы безжалостно устраняются административными или силовыми методами. Да, система может допустить небольшую импровизацию или отклонение от сценария, но только в тех пределах, которые не ставят под угрозу конечный результат.
И вот здесь возникает ключевой вопрос: если «Яблоку» разрешили баллотироваться, если «вдруг» во время жеребьёвки им выпало почётное второе место в бюллетене — сразу под номером один, который традиционно занимает «Единая Россия», — то это стопроцентно не было случайностью. Это была часть плана. А если впоследствии их со скандалом сняли, то значит, ситуация изменилась, либо первоначальный план был реализован и необходимость в этом инструменте отпала.
«Яблоко» выступает за мир, и вполне вероятно, что делает это искренне. Но в современной России за само слово «мир» люди получают реальные сроки в колониях строгого режима. За призывы к прекращению огня вытесняют из страны, заставляют эмигрировать, лишают гражданства, объявляют «иноагентами», травлят, а иногда и физически ликвидируют. А «Яблоку» — пусть с огромными оговорками и ограничениями, но всё же можно так говорить. Им это разрешили, им это санкционировали. А значит, у системы на них был какой-то отдельный, особый план. И этот план, очевидно, отнюдь не предусматривал реального прихода пацифистов в российский парламент.
Зачем «Яблоко» сначала допустили к выборам, а потом сняли?
Точный и исчерпывающий ответ на этот вопрос остается неопределенным. Однако на основе известных фактов и многолетнего опыта наблюдения за российской политикой можно реконструировать наиболее вероятные сценарии. И главный из них заключается вот в чём: скорее всего, эта «многоходовая комбинация» была задумана для того, чтобы вывести максимальное количество российских пацифистов, противников войны и сторонников мира «на свет».
В условиях тотального страха и репрессий значительная часть антивоенно настроенных граждан РФ затаилась. Они не ходят на митинги, не подписывают открытых писем, не жертвуют деньги в различные фонды и т. д. Они просто молчат, и это «молчаливое большинство» (или меньшинство — сейчас уже не так важно) представляет собой для режима «серую зону», которую он стремится зачистить.
И вот здесь на сцену выходит «Яблоко». Партия, которую якобы вполне законно допустили к участию в парламентских выборах. Всё вроде бы легально и всерьёз. Для рядового россиянина, уставшего от войны, но напуганного репрессиями, это выглядит как окно возможностей.
«О, смотрите, оказывается, можно! Оказывается, есть партия, которая выступает за мир, и её пустили на выборы. Значит, я могу прийти к ним волонтёром. Могу подписаться за их кандидата. Могу стать наблюдателем на участке. Могу даже пожертвовать немного денег, ведь это же официально зарегистрированная партия, никто меня за это не накажет», — так, вероятно, рассуждала целевая аудитория этой операции.
То есть «Яблоко», скорее всего, использовали как огромную «мышеловку». Активисты, блогеры, подписанты петиций, агитаторы, волонтеры, наблюдатели, донаторы — все они начали проявлять себя, выходить из анонимности, оставлять цифровые следы, вносить себя в базы данных и т. д. Режим получил бесценную возможность взять «на прицел» всех этих людей. А уже после того, как выборы завершатся, когда потребность в этой легенде отпадет, можно будет спокойно, методично, с помощью карательно-репрессивного аппарата пройтись по этому списку, искореняя остатки тех, кто в России ещё не боится выражать своё антивоенное мнение. Снятие партии с выборов в этой логике является вполне ожидаемым финальным аккордом — операция по сбору информации завершена.
Стоит отметить, что в среде российской оппозиции в изгнании циркулирует и другая, менее мрачная версия. Она не противоречит первой, а скорее дополняет её. Согласно этой версии, сначала политтехнологи из Администрации президента действительно придумали какие-то сложные схемы вокруг «Яблока». Но впоследствии к ним пришли чекисты из ФСБ и заявили, что не нужно играть в демократию, поэтому антивоенную политическую силу необходимо срочно снять с выборов — что и было сделано. В принципе, это тоже похоже на правду: когда в тонкое дело политтехнологий вмешиваются силовики, «изящность» и гибкость которых напоминает столетний дуб, все конструкции обычно летят к чертям. Этим может объясняться оперативность, халатность и абсурдность судебного процесса над «Яблоком».
То, что эту партию в итоге всё равно сняли с выборов, в очередной раз обнажает истинную суть российского режима лучше, чем любые аналитические доклады. Снятие «Яблока» — это публичное признание Кремля в том, что никакой легальной политики в России не существует, а выборы остаются скорее чем-то вроде «референдума о доверии» и актом одобрения государственной политики РФ еще на пять лет.
Вместе с тем, Украине парадоксальным образом эта история также выгодна. Во-первых, это замечательно, что даже в 2026 году в России остаётся вполне легальная партия, которая прямо выступает за скорейший мир, за прекращение огня, заморозку войны и переговоры с Киевом, а её ключевой лидер и идеолог — вообще уроженец Львова. Во-вторых, появление этой партии вызвало немалое оживление в традиционно мёртвом политическом поле РФ, вызвало широкий резонанс в соцсетях, что подтверждает: у значительной части российского общества существует вполне сформировавшийся спрос на мир и прекращение этого уже почти пятилетнего кошмара с путинской «движухой». В-третьих, всем в очередной раз стала очевидна абсолютная искусственность и декоративность российских «специальных электоральных мероприятий» — назвать этот фарс выборами всё-таки довольно сложно.
Однако обманывать себя тоже нельзя. Решения в этой войне принимают не российские избиратели, не антивоенные активисты, не партийные деятели и даже не российские элиты. Решения принимает, по сути, один человек — Владимир Путин. В автократических системах такого типа, каким является современная Российская Федерация, войны не останавливаются из-за того, что какая-то неудобная партия набрала на выборах условные 5 или даже 15–20 % голосов. Такие системы вообще никогда не меняются из-за выборов. В этом и заключается суть автократии: она имитирует процедуру, чтобы легитимизировать власть, но никогда не отдаст эту власть по итогам волеизъявления.
Поэтому не стоит питать надежд на то, что внутри России вдруг созреет мощное электоральное антивоенное движение, которое придет к власти и всё изменит — а официальный Киев, похоже, всю дорогу возлагает немалые надежды на нечто подобное. Этого не произойдет просто потому, что этого не произойдет. Случай с «Яблоком» — это скорее симптом болезни, но не лекарство от нее. И наблюдать за его судьбой стоит с холодной головой и без иллюзий, что на российских «выборах» что-то может измениться.
