Трагические события субботы, 18 апреля, в Киеве, когда вооруженный мужчина с явными признаками психического расстройства захватил заложников в супермаркете и убил семерых человек, всколыхнули общество и заставили власти вернуться к дискуссии, которая, собственно, ведется в Украине уже не одно десятилетие — легализация оружия для гражданских лиц. Теракт, длившейся несколько часов и завершившейся ликвидацией нападавшего после провала всех попыток переговоров, стал триггером для новых громких заявлений. Глава МВД Игорь Клименко заявил, что «люди должны получить право на вооруженную самооборону», а отдельные народные депутаты и общественные деятели начали требовать срочного принятия закона о гражданском оружии.
В то же время эта трагедия — нападавший использовал официально зарегистрированный охотничий карабин! — заставляет задуматься: действительно ли расширение доступа граждан к оружию является панацеей? Или, возможно, это путь к еще большей эскалации насилия в обществе, которое пятый год живет в условиях полномасштабной войны? Именно поэтому вопрос легализации огнестрельного оружия для гражданских лиц, в частности короткоствольного — пистолетов и револьверов для самозащиты — требует не лозунгов на эмоциях после трагедии, а очень взвешенного анализа с учетом украинских реалий и международного опыта. Издание UA.News вместе с экспертами подробно разбиралось в этом вопросе.
Правовой «лабиринт» оружия в Украине
Прежде чем говорить о «легализации» как таковой, нужно четко понять, что сегодня разрешено, а что запрещено. В Украине до сих пор нет единого профильного закона, который комплексно регулировал бы оборот гражданского огнестрельного оружия. Вместо этого действующая система базируется на подзаконных актах, главным из которых остается приказ МВД № 622 от 1998 года — документ, которому почти 30 лет и который абсолютно не соответствует современным стандартам и вызовам безопасности.
Впрочем, граждане, достигшие 21 года, прошедшие медицинское обследование, включая наркологический и психиатрический осмотр, не имеющие судимостей и получившие соответствующее разрешение в Нацполиции, могут приобрести охотничье гладкоствольное и нарезное оружие, а также «травмати» — пистолеты и револьверы. Предусмотрены строгие требования к хранению: наличие металлического сейфа, который регулярно проверяется участковым.
В то же время существует четкое табу на ряд категорий оружия, которые обычный гражданин не сможет приобрести легально ни при каких обстоятельствах. Это прежде всего короткоствольное нарезное огнестрельное оружие — то есть классические боевые пистолеты и револьверы. Именно они являются основным предметом дискуссии о легализации. Также запрещено любое автоматическое оружие, оружие с глушителями, устройства для бесшумной стрельбы и боеприпасы с пулями повышенной пробивной способности и т. д.
Отдельный и чрезвычайно важный аспект — проблема самообороны в украинском законодательстве и судебной практике. Статья 36 Уголовного кодекса признает право на необходимую оборону, но здесь есть ключевое словосочетание, которое разрушило жизнь тысячам людей: «превышение пределов необходимой обороны». На практике часто бывает так, что человек, защищавший собственную жизнь или жизнь близких, сам оказывается на скамье подсудимых. Поэтому любая либерализация оружейного законодательства должна сопровождаться параллельным пересмотром норм о необходимой обороне в сторону расширения прав граждан на самозащиту.
Свободное владение оружием для украинцев: аргументы «за» и «против»
Легализация короткоствольного огнестрельного оружия для гражданских лиц имеет как ярых сторонников, так и убежденных противников. Ключевая проблема в том, что единого «правильного» мнения здесь нет и быть не может, ведь ситуация слишком сложна и общественно важна. Начнем с аргументов в пользу легализации.
Первый и самый очевидный — это фундаментальное право человека на самозащиту. Статья 27 Конституции Украины гарантирует каждому неотъемлемое право на жизнь и право защищать свою жизнь и здоровье от противоправных посягательств. Полагаться исключительно на полицию очень наивно: граждане должны быть способны защитить себя самостоятельно до прибытия правоохранителей.
Второй аргумент апеллирует к самому понятию свободы в демократическом обществе. Право на владение оружием можно рассматривать как одно из базовых прав свободного человека, предохранитель против произвола государства и гарантию способности гражданина противостоять угрозам. Так, генерал ВСУ Алексей Павлюк, комментируя киевский теракт, отметил, что «если бы у кого-то из прохожих был пистолет, жертв было бы гораздо меньше».
Третий аргумент связан с огромным черным рынком оружия в Украине. По разным оценкам, у населения находятся миллионы (!) нелегальных «стволов». Точная цифра неизвестна, но было бы странно ожидать чего-то другого, учитывая, что война в стране в целом длится уже 12 лет. Преступник или террорист в любом случае будет иметь оружие, а вот обычный гражданин остается беззащитным. Легализация могла бы вывести часть этого «арсенала» в законное поле, уменьшить спрос на нелегальном рынке и обеспечить контроль над владельцами.
Четвертый аргумент — в целом успешный международный опыт. Сторонники легализации часто ссылаются на примеры США, Чехии, Швейцарии или стран Балтии. В Чехии граждане имеют право на приобретение короткоствольного оружия для самозащиты при условии прохождения строгих проверок. При этом уровень преступности с применением оружия является одним из самых низких в Европе. В Литве после легализации короткоствольного оружия ситуация аналогична. Зато пример США, где право на оружие закреплено конституционно, является неоднозначным кейсом, демонстрирующим как положительные, так и отрицательные последствия массового вооружения населения. С одной стороны, это действенный механизм сдерживания преступности, с другой — в Америке регулярно происходят случаи массовой стрельбы.
Теперь рассмотрим аргументы против легализации. Главный контраргумент вытекает из психологического состояния украинского общества на пятом году полномасштабной войны. По оценкам ВОЗ, до 10 миллионов (!) украинцев страдают от ПТСР, и это данные только на конец 2022 года! Почти половина граждан имеет те или иные проблемы с психическим здоровьем, вызванные постоянным стрессом, потерями, обстрелами и общей откровенно нездоровой атмосферой в стране. В таком обществе массовое распространение огнестрельного оружия может привести к катастрофическим последствиям: всплеску бытовых конфликтов с летальными исходами, росту числа самоубийств и т. д.
Второй аргумент касается коррупционных рисков и неэффективности государственного контроля. Украинская система выдачи разрешений уже сейчас сталкивается с проблемами массовой фальсификации медицинских справок, коррупции при выдаче разрешений и недостаточной проверки кандидатов на владение оружием. Недавний теракт это прекрасно доказал: киевский нападавший имел официальное разрешение на оружие, несмотря на абсолютно явную психическую нестабильность. Готовы ли мы масштабировать эту несовершенную систему на сотни тысяч новых владельцев короткоствольного оружия? Не превратится ли легализация в очередную коррупционную кормушку? Вопросы риторические.
Третий аргумент — это риск дальнейшей эскалации насилия. Наличие оружия у граждан далеко не всегда гарантирует безопасность, но может спровоцировать преступника на более агрессивные действия, зная, что жертва потенциально вооружена. В конце концов, далеко не каждый, даже имея при себе пистолет, психологически способен выстрелить в нападавшего или тем более убить его. Тогда как потенциальный террорист точно к этому готов. А оружие, хранящееся дома, может быть похищено грабителем, может стать предметом семейных конфликтов или быть использовано детьми из-за небрежности взрослых.
Международный опыт и украинские реалии
Международный опыт показывает, что универсального рецепта не существует: каждая страна выбирает собственную модель регулирования оборота оружия, которая соответствует ее традициям, культурным особенностям и психологическому состоянию общества. Здесь можно выделить три основные модели.
Первая — американская либеральная модель, где право на владение оружием является конституционным, а процедура приобретения очень упрощена, хотя и различается от штата к штату. В то же время эта модель сопровождается регулярными случаями массовых расстрелов в школах, ТРЦ и других общественных местах, что вызывает ожесточенные дебаты о целесообразности такого либерального подхода.
Вторая — европейская регулируемая модель, которая сочетает признание права на оружие со строгими требованиями к владельцам и жестким контролем со стороны государства. В целом это наиболее оптимальный для Украины вариант: не тотальный запрет, как сейчас, но и не «покупай что хочешь кто угодно», как в Америке.
Третья — четкая ограничительная модель, присущая, например, Великобритании или Японии, где гражданское владение оружием существенно ограничено, а на короткоствольное оружие наложен строгий запрет. Это, однако, не устраняет полностью проблему вооруженного насилия, поскольку криминальные элементы или террористы все равно легко находят способы получить оружие нелегально.
Законопроект № 5708, который находится на рассмотрении в Верховной Раде с 2021 года и к которому поданы сотни поправок, предлагает создать комплексную систему регулирования оборота гражданского оружия, включая Единый реестр оружия, унифицированные правила хранения, ношения и применения, а также четкую категоризацию видов оружия. На данный момент этот документ до сих пор не принят, хотя после теракта 18 апреля, возможно, этот процесс ускорится. Впрочем, даже самый совершенный закон не будет работать без реальной реформы разрешительной системы, расширения права на самозащиту, борьбы с коррупцией и создания действенного механизма выявления лиц, которым оружие не может быть доверено ни при каких обстоятельствах.
Мнения экспертов
Политолог, директор центра «Третий сектор» Андрей Золотарев уверен: вопрос легализации оружия общественного назначения — это не тот случай, когда существуют простые решения сложных проблем. Надо иметь в виду, что есть много стран, где граждане имеют право на короткоствольное оружие (те же США), но это не исключает таких случаев массовых стрельб, как последний в Луизиане, где недавно было убито восемь детей.
«Нельзя забывать, что общество сегодня переполнено злобой и агрессией, а рано или поздно с фронта вернутся люди с ПТСР. Это тот случай, когда должна работать психиатрическая помощь. Но, к сожалению, реформы Супрун фактически уничтожили это направление здравоохранения. Поэтому у нас на улицах будет очень много людей с психическими нарушениями. Но убивать могут не только с помощью огнестрельного оружия, но и с помощью холодного оружия или любых других средств. Поэтому об этом нужно в первую очередь думать тем, кто занимается политическими технологиями, информационными операциями, раскачивая качели от предательства к победе и постоянно ища врагов. Надо иметь в виду, что рано или поздно эта ненависть к противнику перекинется и на общество.
Также следует отметить, что полицейская система в Украине, к сожалению, не работает. Две пиарщицы-реформаторши из Грузии, которые продали нам муляжи американской полиции, давно уехали, а «цирк» остался. И, к сожалению, мы увидели, что наши полицейские — они как собачки-фокстерьеры: суетливые, но толку от них ноль. В ситуации, когда была нужна их помощь, они просто сбежали. Поэтому нужно менять саму полицейскую систему, чтобы главный центр охраны общественного порядка сосредоточивался на местах. Нужна, как во многих странах, местная полиция, которую содержат за счет налогов граждан, которые могут спросить с полицейских чинов за состояние общественного порядка. И должен быть, безусловно, центральный аппарат спецподразделения, специализирующийся на особо сложных случаях, вроде того же «Корда», — отмечает Золотарев.
Эксперт также напоминает: гражданин, устроивший теракт в Киеве, при этом воспользовался легальным оружием. Именно поэтому ставить вопрос нужно в том ключе, чтобы процедура получения лицензии на оружие не носила формальный характер, когда за деньги покупается разрешение, а людей действительно проверяли, смотрели, каков у них «послужной список», каков у них бэкграунд, нет ли уголовных правонарушений — все это следует делать перед тем, как давать право на оружие.
«Считаю, что граждане имеют право на вооруженную самооборону, поэтому этот вопрос должен быть решен. Но он не является панацеей в этой ситуации. Ну будете ли вы ходить с пистолетом Glock, который весит почти килограмм, в супермаркете? А это оружие еще и должно быть незаряженным. А чтобы в такой экстремальной ситуации выхватить оружие, зарядить его и навести на противника — для этого нужны многочасовые тренировки, на которые большинство граждан вряд ли пойдут. Именно поэтому граждан нужно в первую очередь не только учить правилам обращения с оружием, но они должны обладать навыками тактической медицины, навыками действий в экстремальных ситуациях, чтобы не превратиться в живые мишени, как это произошло на Демеевской в Киеве. Нужно менять систему. Потому что эта система, которая нам осталась в наследство после реформ господина Авакова и всех остальных — она не выдерживает никакой критики», — резюмировал Андрей Золотарев.
Политолог, директор Украинского института политики Руслан Бортник считает, что вопрос легализации оружия для самозащиты населения чрезвычайно сложен. Он раскалывает наше общество. Но нужно понимать, что в Украине на данный момент оружие уже легально. И, к сожалению, расстрел в Киеве в субботу произошел именно из легального оружия, которое органы МВД должным образом не проконтролировали, отмечает эксперт.
«В Украине сегодня уже разрешено легальное огнестрельное оружие: и нарезное, и гладкоствольное, охотничье. То есть разрешены ружья, переделанные автоматы, но не разрешен легальный короткоствол, легальные пистолеты. Что это означает? На практике любое лицо, достигшее совершеннолетия, дееспособное, не являющееся осужденным преступником, сегодня может пойти в абсолютно легальный магазин в Украине и купить, например, автомат Калашникова, который будет называться немного по-другому и не будет стрелять очередями. Может ли купить итальянские винтовки «Бенелли», турецкий помповый дробовик или вот эту американскую ружьё, которое использовал преступник для убийства людей в Киеве. То есть человек получает разрешение в органах внутренних дел, затем покупает оружие, затем регистрирует это оружие и на определенных условиях, при наличии сейфа, регулярных проверках участкового, этим оружием человек может пользоваться — якобы для охоты.
О чем сейчас говорит полиция, министр внутренних дел? О том, чтобы разрешить людям покупать и пистолеты. Почему пистолеты? Потому что пистолеты носить легче. Когда ты носишь винтовку — это сразу видно, трудно носить ее с собой каждый день. Пистолеты можно носить постоянно, они стоят дешевле. А главное: пистолеты можно носить скрытно. Я категорический противник этого. Оружие нужно носить открыто, в кобуре, чтобы все видели, что этот человек вооружен», — говорит Руслан Бортник.
Также политолог считает, что Украине нужно усилить систему контроля за покупкой оружия, за выдачей медицинских справок, за хранением и содержанием этого оружия — чтобы были соответствующие сейфы, недоступные для других людей или для детей, а уже потом нужно решать вопрос о полной легализации, в том числе и пистолетов
.Вместе с тем нужно понимать, что сегодня в Украине миллионы единиц нелегального оружия, которое очень дешево продается на черном рынке. И сегодня не только преступники, но и просто люди с войны, волонтерское движение, их окружение — все эти люди часто вооружены нелегальным оружием. Оружия нет только у законопослушных граждан. Поэтому легализовать нужно, но прежде всего через жесткий контроль. Потому что в случае с этим террористом, о котором мы говорим, ему не имели права вообще продавать оружие. Люди, совершавшие ранее преступления, не должны иметь права на оружие. А у него, после тех его драк в супермаркете, должно было быть изъято оружие, должно было быть проведено расследование, к нему должен был прийти участковый, проверить состояние хранения этого оружия и т. д. И это оружие должно было быть изъято. Но сейчас эта система не работает. Проверок абсолютно нет. И к оружию, соответственно, часто имеют доступ люди с преступными наклонностями или те, кто психически нездоров. И с этим нужно бороться», — говорит эксперт.
В будущем, по мнению Бортника, возможны только два баланса. Это либо ситуация, при которой оружия нет ни у кого — но это невозможно. Либо такой баланс, при котором оружие может быть у каждого, но государство должно жестко контролировать порядок его применения, порядок хранения, соответствующее обучение этих людей, их правовое и психическое состояние.
«И тогда у нас будет больше правопорядка на улицах. Да, конечно, любая легализация оружия вначале может повлечь за собой большее количество случаев его применения. Но со временем, как показывает мировая практика, применение оружия снизится», — резюмировал Руслан Бортник.
Подводя итоги, трагедия 18 апреля стала очередным болезненным напоминанием о том, что вопрос безопасности граждан не терпит промедлений. Но ответом на этот вызов должна быть не импульсивная и эмоциональная реакция, а взвешенное решение, учитывающее как уроки международного опыта, так и уникальные особенности украинской ситуации. Идеального решения здесь не существует, но точно существует ответственный подход: тот, который ставит на первое место не абстрактное «право на оружие», а реальное право каждого украинца на жизнь и безопасность.
